Фантастика,мистика,юмор, старина,сказки. Художник С.Ягодич.Иллюстрации,обложки

Вопрос-ответ

 Рассказ первый.  Смотрите ролик.

12.05.2017
Диплом
12.05.2017

 

21.12.2016
Новости
21.12.2016

Наконец вышел в свет сборник в котором есть третья история про таинственную маску. Он называется "Точка Мебиуса"  И все же,это не конец. Потому что из другого измерения, не так просто выбраться. Да еще, там ведь интересно! А когда вернешся, то окажешься в той же точке и времени, и пространства, так зачем спешить?  Поэтому друзья решили немного продлить свое путешествие по параллельным мирам. 

Клад

 

-Верочка, Наденька, вы где спрятались? – услышали девочки голос  бабушки Маши, которая на веранде накрывала стол, к обеду.

-Мы здесь!- крикнула Наденька,  выбежав на тропинку, ведущую к дому, чтобы бабушка услышала ее.  - Закопаем клад и придем!  Поправив шапочку, она снова подбежала к  елочке, у которой стояла ее младшая сестренка Верочка с жестяной банкой в руках. Рыжий кот, встрепенувшийся и побежавший за Наденькой ловко перепрыгнув через листочки ландышей   , вернулся тоже и сел неподалеку от девочек. Глядя на него, было непонятно, спит он или смотрит на них.

-Хитрый, наверное, нарочно закрывает глаза, чтобы мы не подумали, что он подсматривает, - подумала Наденька.

Наденька примерилась к углублению в корнях елки и копнула первый раз. Запахло свежей землей и иголками сосен. Кот  подбежал к кучке отброшенной лопаткой и, понюхав ее, дернул хвостом и побежал  прямыми лапками по дорожке к веранде. Там  было гораздо вкуснее.  

-Дай мне, я тоже покопать хочу, - сказала Верочка, глядя, как ее сестренка Наденька  ловко нажала  на лопатку и откинула  землю, смешанную с сухими иголочками сосны.  

-Нет, я сама! - ответила сестренка. -А ты держи баночку.

Она копнула еще два раза, потом взяла из рук сестренки банку из-под конфет  и, поставив ее в углубление, примерила    к полученной ямке. Но, та уместилась  в ней не вся, а только лишь на маленькую часть своей  величины.

-Это я придумала клад закопать, - сказала Наденька, продолжая копать. А потом, ты еще маленькая, и у тебя не получится!

-Получится, - захныкала Верочка.

-Не плачь, я тебе конфетку с махорка-а-ми дам,- сказала Наденька.

Так всегда говорила их бабушка. Верочка тоже слышала про такую конфетку, но никогда ее не видела. Он перестала хныкать, и стала представлять, что это за махорки такие.   Но тут она снова увидела, как Наденька ловко копает маленькой лопаткой, и снова стала вырывать ее из рук сестренки.

-Дай! - снова захныкала она.

Около забора стояли  маленькие елочки и сосенка.

 -Давай закопаем клад в другом месте под сосенкой, елку могут срубить под самый корешок, когда новый год будет, поэтому,  лучше под сосенку, - авторитетно сказала Наденька. Ты стой, а я тебе сейчас другой совочек принесу.   Она выкопала лопаткой другую ямку, примерив ее к размеру банки.  Но банка была высокая, и ямка снова  была маловата.

-Давай баночку положим, вот та-ак, - сказала Верочка, давай я покопа-а-ю, -ей тоже хотелось взять в руки лопатку и вырыть ямку. И она мешала копать, потому что, то совала туда баночку, то садилась на корточки  с одной, или с другой стороны, чтобы посмотреть поближе. И Наденька боялась стукнуть  ее нечаянно лопаткой.

-На копай, а я сбегаю за другой лопаткой  , - сказала Наденька, ведь она была старшей сестрой, и поэтому не могла обидеть Верочку. Ей было уже пять, а Верочке только три.

Бабушка, дай мне еще лопату, мы с Верочкой клад закапываем!- попросила Наденька , вбежав на веранду.

- Ну так что же у вас за клад такой?- спросил папа, он только что вернулся с работы.  

-Мы с Верочкой клад  прячем. Мы в коробочку из-под  монпансье, положили куклу с одежкой, открыточки, которые нам прислал  дядя Леша Карпинский к пасхе, вот рублик, мне дедушка  подарил, а вот колечко, и бусики.

-А вам не жалко закапывать такие красивые вещички? – спросила бабушка Мария Петровна. И кукла ваша грустить будет в коробочке без вас.

-А мы сначала закопаем, а потом с мамой будем играть, мы ей не скажем где клад, а она по знакам  догадается. И мы коробочку вытащим, - быстро объяснила Наденька, успокаивающе кивнув своей головкой.

Бабушка Мария Петровна, понимающе улыбнулась. – Ну, если так, то закопайте, а я завтра с вами в клад тоже буду играть.

-Вот вам еще две монетки,-  сказал папа. Давай в следующий раз положим туда письмо.    Вы  загадаете свои желания, а я помогу вам написать. Только клад долго-долго откапывать нельзя будет. Пройдет время, вы откопаете клад, и  вам будет интересно почитать, что вы хотели, когда были маленькие,  ведь вы уже будете большие.   Только не забудьте, где он лежит, а то потом достанется ваш клад дедушке с бородой.

-Какому дедушке с бородой? – удивилась Наденька, Александру Петровичу? Академику?

-Нет, какому-нибудь другому дедушке, который через сто лет будет жить на этой даче.  Мы его и не знаем сейчас, ведь он даже не родился еще. 

-Это же наш дом, чужой дедушка здесь жить не будет! - сказала Надя. И мы ничего не забудем, это же просто, мы закопаем клад под елочкой, вон той.

-Папа с бабушкой  переглянулись и грустно улыбнулись.

-В жизни, чего только не бывает! - сказал папа.   Может быть, мы потом в другой дом переедем, например в Сокольники. У вашей бабушки до революции там большой дом был, и сад, спроси у бабушки Маши, она тебе расскажет.

-Я уже слышала и про Монпансье и про бабку-приведение в Сокольниках, и как мама Павлика спасла…- быстро возразила Наденька. Бабушка сто раз рассказывала.  Она взяла лопатку и побежала назад к Верочке.

 ***

 Верочка, оставшись одна, быстро пристроила лопатку к ямке и  копнула  , и оказалось, что копать не так уж легко, потому что и корешки мешались и вдобавок, когда лопатка провалилась сквозь крутые корни, она вдруг наткнулась на что-то  твердое. Верочка  копнула рядом и в это время лопатка скользнув по чему то, вырвалась из ее рук и Верочка села  , потеряв равновесие,  на попку. В этот момент на нее вместе с комочками земли упала какая-то штучка  вместе с огромным червяком. За ней тянулась   тряпочка, измазанная землей. Верочка отбросила с себя эту штучку, испугавшись червяка, и  заплакала. В это время прибежала Наденька с совочком.

-Верочка, ты чего плачешь? – спросила она. Ой, смотри, какая брошечка, удивилась Наденька,  увидев недалеко от кучки земли  ту штучку, которую отбросила Верочка.

–Там червяк! Не трогай , - сказала с опаской сестренка, и все же тоже подошла посмотреть на брошку.

Червяк уже уполз и сквозь крошки земли, на руке Наденьки сверкали синенькие камешки, выложенные на брошке  веткой колокольчика, а на металлических листиках  блестели капельки росы, которые заиграли  тонкими искорками на солнышке, когда Наденька, потерла брошку пальчиком. 

-А закричала она, увидев, что с другой стороны брошки  шевелится еще один маленький червячок. Она бросила брошку , быстро, отряхнув ручки, и та глухо звякнув , упала прямо в коробку.

-Верочка, Наденька, идите кушать, мы вас ждем, -услышали они голос мамы.

 -Это будет моя брошечка! – сказала Наденька. Я ее сейчас помою и приколю.

-Нет, я – возразила  Верочка, -это я ее нашла! - и она снова заплакала.

-Ты еще маленькая, а у меня скоро день рождения будет, - сказала  Наденька.

-Нет, это моя брошечка! - плакала Верочка, и у меня тоже скоро будет, скорее твоего.

 -А давай спрячем ее в баночке вместе с кладом, а когда мама его найдет, вот она обрадуется!- сказала Наденька. Это ей будет сюрприз. А если мы ей расскажем сейчас, то ей потом будет не интересно. Правда, Верочка?

-Правда.,- ответила Верочка. Только потом я ее тоже поношу, - посмотрела она на сестренку.

-Конечно, и ты немножко поносишь, и я, а потом мы ее положим в мамину шкатулочку, и будем смотреть на нее когда захотим.

-Давай, - сказала Верочка.

И вскоре, и баночка, и брошечка, и та  самая тряпочка…. были закрыты  и землей и иголками  старой сосны. И теперь догадаться, что  там только что был зарыт клад,  было нельзя. Наденька   потом для верности накрыла это место сверху камнем. 

-Вот так, -сказала она,  выдохнув воздух и поправив волосики. Теперь наш клад точно никто не найдет. А мы, по камешку,   легко его найдем, и не достанется он старому деду с бородой!

И девочки убежали на веранду, к маме и папе.

                                              ***

  Был майский день   1929 года, и солнышко пригревало по летнему, в очень голубом небе  висели маленькие клочки белых облаков, стволы сосен источали аромат, и головки ландышей, вот-вот готовы были раскрыться.  Это было детство, беззаботное, где были папа с мамой и еще две бабушки с дедушкой. Это была дача барона фон Мекк Николая Карловича. Но почему то его там не было!

-А правда, куда он делся тогда?- подумала Вера Николаевна, вспоминая дни своего детства.

Он же должен был приехать к обеду, это был день рождения дедушки! Бабушка Поля приехала, бабушка Маша с дедушкой были, папа с мамой…А Николай Карлович, так и не приехал. Больше я его не видела! Николая Карловича! Это Наденька все вспоминала его часто, а я,   была слишком мала, и не все помню, да и не придавала его исчезновению никакого значения. А вот что! Мы же  на следующий день переехали в другой дом, и про клад не успели подумать, и не вытащили его оттуда, а потом и вообще забыли.

 ***

Вера Николаевна закрыла глаза, представив ту самую тропинку к веранде, Наденьку с лопаткой и резиновую куклу Зину, которую они  уложили в коробочку с кладом. Ей стало и приятно и грустно. В памяти все были живые. Память почему- то очень ярко вспомнила тот день, как будто он был только вчера. Она помнила все и иголочки сосен под ногами, и кота прибежавшего к ним навстречу.    А папа, он казался ей таким взрослым и сильным, а ему было то всего двадцать пять?  

Наденька! Она вспомнила как Наденька всегда придумывала какую-нибудь новую проказу , и заговорщически наклонясь к ней,  уговаривала   сделать так, или этак, чтобы было интересно и смешно. Ох и баловники же они были! А Наденька такая выдумщица! С ней всегда происходили всякие истории, а может быть, она просто их сочиняла?

Вера Николаевна  вспомнила, как их дедушка, Иван Григорьевич, лежал в гробу в церкви, он умер лет через пять после того дня. В церкви было много народа. Поп читал молитву, мама с родственниками стояли у гроба.

-Верочка, смотри, он моргнул! - говорила Наденька, делая серьезное лицо.

Ты, правда, видела?! - с испугом посмотрела на нее  Верочка.

-Правда, прямо взял и моргнул, я специально следила. Посмотри, и тоже увидишь.

Им было страшно и интересно, а от этого не так тяжело, как бабушке и маме.

И они снова смотрели, и ждали, не моргнет ли он еще.

-Глупые были! – подумала Вера, и только сейчас она поняла, что Наденька делала это специально, чтобы было   не так страшно и так грустно. Наденька всегда умела успокоить. Она никогда не жалела разбитой посуды, потерянных денег, она готова была отдать последнее, чтобы радовалась Верочка или потом ее дети Виталек и Коля… Вера вдруг очень ярко ощутила, как не хватает ей Нади.

- А теперь нет Наденьки, умерла! И мне самой  семьдесят четыре, и сил осталось мало, даже на воспоминания, которые уводят в прошлое, где были живы все, но и возвращают в это время, где уже нет никого из   детства.  

-Ах , Надя, Надя. Если бы ты сейчас была здесь! Мне бы не так страшно было по ночам со своей болезнью, не так страшно умирать, если бы ты была здесь со мной, - вздохнула тетя Вера.

 ***

Эти ее мысли прервал голос племянницы, которой она рассказывала эту историю.

-Тетя Вера, а вы выкопали потом свой клад? - спросила она.

-Нет, Людочка,   потом очень быстро у нас эту дачу отняли, и переселили нас в Ильинку. Так мы и забыли про клад! Потом выросли, потом война!

 -Жалко. Мне бы сейчас интересно было посмотреть, ваши игрушечки и ваше письмо. А что вы там написали?- с интересом спросила Людмила.

-Ой, Людочка, я и не помню уже. Так, ерунду какую-нибудь.

Мы тогда еще просились у мамы в тот дом съездить, выкопать клад, но больше туда не попали. Нам и папа все обещал, что зайдет туда, как будет время, и заберет наш клад. Конечно, уже  не получилось. Как придешь и скажешь? - дайте я вырою свой клад! Да и не до этого в то время было. А в доме потом  патруль стоял, и видно какие-то важные персоны жили. А потом такие времена пошли, что лишнего и говорить нельзя было, и соваться никуда не стоило.

-А брошечка? Может быть,  она была настоящая? Может быть, это тоже чей-то клад был?- мечтательно сказала  Людмила.

-А, правда, Люсенька! Почему мы об этом тогда не подумали? Маленькие, глупые. Сначала мы боялись, что нас ругать будут, потом решили, что пусть она там полежит, а то и ее в скупку бабушка отнесет. А ведь верно, брошечка была красивая, я думаю, что золотая с сапфирами, а капельки росы, может, и бриллиантами были. А, теперь уже все равно. Теперь уже ничего не найдешь! Столько лет прошло!

-А где же была его дача, и почему вы жили там? - спросила Люся.

-Да я не помню. Надя побольше была, она с Николаем Карловичем часто разговаривала… Он ее любил. Да и меня тоже. Добрый был человек. Всякие игрушки нам дарил, Наде словарь немецкого языка, толстенную такую книгу подарил! - Учись Наденька, будешь как твой дедушка академиком,- говорил он. А она рада, хорошо язык немецкий знала, у меня так не получилось, а она потом и курсы при МИДе кончила машинистка стенографистка со знанием немецкого. На пятерки закончила. Надя была талантливая!

Людочка, может быть , ты останешься у меня ночевать. Мне, почему-то ночью страшно становится, я и не сплю почти совсем. Оставайся, а? – Вера Николаевна с надеждой посмотрела на племянницу.

Людмиле было жаль тетю, но завтра нужно было на работу, а тетя жила за городом.

-Тетя Вера, вы потерпите, я к вам в следующую субботу приеду. Обязательно! А вы пока, что-нибудь из старой жизни еще вспомните.

А, Людочка, я уж все забыла,- сказала тетя . Она не хотела ничего вспоминать специально. Потому что это было чувствительно.

Людочка с недавних времен занялась генеалогией семьи. И собирала по крохам воспоминания, фотографии, и загадка, загаданная ей еще в детстве мамой, не разгадывалась, а только обрастала новыми интересными запутанными историями.

-Слишком поздно я начала этим заниматься, - думала она. Все те, кто помнил и знал, постепенно уходили друг за другом и уносили с собой свою память, и свои тайны.

Ну, например, почему мы жили в доме Фон Мекка ,бывшего владельца железных дорог? Огромный дом, огромный сад    В то время, как  другие жили в коридорной системе, с одним туалетом и ванной на всех. Почему? Почему, потом и этот дом ушел к другим хозяевам, почему никто из оставшихся родственников, не помнит ни дядю Лешу Карпинского, ни академика Карпинского, а мама взахлеб рассказывала о них.   

-Ах дядя Леша Карпинский, ах как он играл на гавайской гитаре, ах какой словарь   подарил мне Николай Карлович, немец. Какие в доме были старые фотографии, Надежда Францевна, такая дама, в шляпе, в каком платье! А какие благородные лица были на тех фотографиях!  Ах, ах, - рассказывала ей часто мама. Но мама, и сама  помнила все с тем оттенком значимости, какой мы имеем в детстве. Ведь ей тогда было всего лишь четыре-пять лет! Малышка! И помнила она то,  на что был способен ее детский ум, детская память, и на столько, насколько взрослые могли ответить на все ее вопросы, про богатых дам на фотографиях, про священников, которые иногда приезжали в их дом. Про академика минеролога, Наденька тогда запомнила это сложное название его деятельности. Минеролог! Академик-Карпинский Александр Петрович!  Борисоглебск и конезавод Воронцова, и Пертово, где их дед был управляющим имением. Эти маленькие фразы, которые Люся с детства слышала от мамы, которые сама мама хранила с детства, сейчас, соединялись в одну общую картину, правда к картине недоставало многих кусочков, чтобы из них можно было составить  полный вид. Прошлое и настоящее сходилось по капелькам, и получались маленькие лужицы из кусочков жизни, но общего озера и реки еще не получалось. Нужно было еще много узнать, сделать запросы в архив, созвониться с однофамильцами, искать и искать.

Людмила думала об этом, уезжая от тети, и намечая, что она спросит у нее в следующий раз. Нужно узнать, а в каком же месте был этот дом. Интересно бы, и клад откопать, даже если там просто детские игрушки, все - равно интересно. А вдруг там и остальное, и тряпочка, в которую были завернуты драгоценности, все правда!? Сапфиры бриллианты! И почему она раньше об этом не узнала, когда была жива мама, а еще лучше бабушка. Столько упущено, столько теперь вряд ли узнаешь! Целого разговора не получалось. Людмиле казалось, что тетя знает больше, и больше помнит, но почему- то не хочет раскрывать все, что знает. Она оправдывала это ее возрастом, болезнью, и тем, что вспоминать это тоже труд и боль одновременно.

***

Она была близка к истине.

Тетя умирала, ее организм каждую ночь потихоньку отпускал последние силы и жил еще один день, еще один отдыхая после тяжелой и страшной ночи, когда ты, один на один с болью, со своим одиночеством, со своими страшными мыслями. И никто уже не поможет, и никто не проживет за тебя эту ночь, и никто не спасет, она понимала, это конец. Ей, может быть, даже хотелось умереть и очутиться там, среди своих, в том мире, где ее встретит Наденька и они начнут весело вспоминать их жизнь и радоваться встрече, там, где она снова обнимет отца и  маму, там, где она возьмет на ручки своего маленького сыночка Вовочку. Или он уже вырос там? - думала она.  Там будет хорошо, потому что там уже больше тех близких людей, чем тех, кто остается здесь на земле. И там мы все снова живые навсегда.

Ей было обидно, что никто не понимает этого, что все воспринимают ее состояние как жалобы старой женщины, капризы, и не понимают, что проходят ее последние минуты здесь на этой земле, среди оставшихся.

Ей,  все же, жаль было этой жизни! Она хотела видеть своих мальчиков, открыть им дверь, напоить их чаем, поговорить с ними об их жизни, о том, как они вместе переживали и тяжелые и приятные дни  их жизни. Она вспоминала, какими они были маленькими, и ей  было жаль их неустроенной теперь жизни. Но у нее не было сил, чтобы помочь, она умирала.

Она уже боялась наступления ночи!  Поэтому, она ходила по кухне, ставила чайник,   включала телевизор, и устав все же, ложилась на кровать. И тут, к груди очень быстро подступала боль, ей было нечем дышать, у нее странно стучало сердце, и ей становилось страшно, что оно остановится и очень больно, так больно, что она начинала охать и кричать.

В ту ночь, когда уехала Людочка, боль ее измучила  сильнее обычного, и она уже не вставала с кровати. Ей хотелось пить, но в квартире никого не было, а ее Виталька должен был приехать только в четверг.

-Ничего, сейчас полежу, и встану, - подумала она. К утру мне всегда лучше, самое, страшное прошло. Теперь только встать.

Ее мысли нарушил звонок в дверь.

-Виталька или Коля,- подумала она радостно, и сама удивилась, как легко она встала с кровати и подошла к двери.

-Сейчас открою, весело сказала она. Надя? - удивилась Вера. Сколько же сейчас времени, ты что, на первом автобусе приехала? Вот как я рада, а вчера у меня Люсенька была.

-Вер, возьми сумки, а я пока разденусь, - сказала Надя. Она сняла с себя пальто и, подняв плечи, и потирая руки, с доброй улыбкой зашла на кухню.

-Ставь чайник, у меня там всего полно, я и конфеток привезла и пирожков.

-Надя, сейчас мы с тобой стол накроем, а потом может и Виталек приедет, он ко мне всегда приезжает, вот в прошлый четверг картошки привез, и смотри, какой мне ремонт сделал, правда, красивые обои?

 - Вер, у тебя всегда красиво, ты умеешь сделать уютненько. Что же у тебя в холодильнике ничего нет? - спросила Надя, открыв дверцу холодильник.

-Все есть, сейчас мы с тобой винегрет сделаем, у меня уже все сварено, а порежем быстро!-весело сказала Вера.

-А правда я красиво вышила коврик? Надя , подойди, посмотри, хочешь я тебе его подарю?

Вере хотелось  много показать и много рассказать. Она принесла свое пальто,- Надя, если я здесь пришью манжеты из клетки, как ты думаешь, будет красиво? У меня еще волосы ничего, все говорят, отрежь, они тебе мешают, а мне жалко, я привыкла пучок делать, интеллигентно, как у тети Нади Карпинской, я всегда на нее похожей быть хотела. Как она ходила на каблуках, строгая прическа, дама, настоящая дама!

Вера говорила и говорила, она показывала портреты внуков, рассказывала что Коля ссорится с женой, и вспоминала как они с Надей жили на даче Фон - Мекка

Надя, а ты меня намного моложе выглядишь, а ведь ты старше меня на два года.... Вера вдруг как-то задумалась, как будто вспомнив что-то, что ни как не укладывалось в логику. Но, она никак не могла понять суть сомнений, потому что все было так реально, и в то же время.... глядя на Надю.

-Ты за мной пришла? - спросила она , вдруг вспомнив, что Надя умерла восемь лет назад, и конечно в то время, ей было еще совсем мало, всего то шестьдесят семь.

-Да Вер, пришла, тебе ведь со мной не страшно? Не бойся. Все будет нормальненько.

-Нет, с тобой не страшно! - сказала Вера. Только, ребят жалко, - она закрыла лицо руками, и у нее снова заболело сердце, и она снова легла на кровать.

-Не плачь  Вер, а я тебе за это конфетку с махорками подарю,- сказала Надя.

-А как это, уходить? - спросила Вера, успокоенная, этой фразой.

-Раз, и все! - сказала Надя.   Главное захотеть.

-Надечка, как ты со мной, мне так хорошо, и ничего не болит, а вот сейчас ты куда-то уходила, и мне снова стало больно.

-А я тебе такое сейчас покажу! – сказала с загадочным лицом Надя, пойдем со мной!

-А вдруг мы уйдем, а Виталек приедет и нас не застанет? Он расстроится, - сказала Вера и снова взялась за сердце и села на кровать.

-Ну, Вер, решай. Они уже большие проживут, и потом мы с тобой к ним еще съездим! Пойдем!

И Надя пошла к двери. Она обернулась к Вере и снова загадочно улыбнулась.

-Угадай, кого ты сейчас увидишь?

 -Но если я ушла, и ты со мной, так и Вовочка здесь, и мать и отец?- неуверенно произнесла Вера.

-Да! Ты точно угадала!- улыбнулась Надя. -Посмотри в окно, они там стоят, ждут, когда ты к ним выйдешь, пойдем, посмотрим.

Вера выглянула в окно, ее мать стояла и держала на руках Вовочку.

-Вон твоя мама! - показывала она мальчику в распахнутое окно.

-Мама, иди ко мне! - протянул к ней руки мальчик

-Вовочка, маленький, иду…  -сказала Вера, и побежала к двери, по лестнице на улицу.

 *** 

 Ее нашли в четверг, посиневшую, безвольную, с какой-то едва заметной улыбкой. Она лежала на кровати, и уже не подошла к двери, когда ей позвонили ее сыновья.